Заброшенные дома

Вторник, Декабрь 3, 2019

Вот ведь что оказалось:
на родной стороне
ничего не осталось, -
всё со мной и во мне.

Старый дом.
Вероника Тушнова.

В один из последних солнечных и относительно теплых ноябрьских дней надумал я поехать на Floyd Bennett Field, где бывал множество раз. На его обычно пустынных просторах можно легко отвлечься от изрядно поднадоевшей городской суеты.

Я медленно ехал по полю куда глаза глядят и неожиданно для себя оказался около двух длинных двухэтажных заброшенных зданий. К ним почти невозможно было подойти из-за высоких и сухих в это время года диких трав, кустов и деревьев, густо опутанных лианами и особенно вольно чувствовавшим себя здесь американским биттерсвитом, который по-русски называется древогубец лазящий, так как иногда вредит деревьям, туго опутывая их стволы. В то же время он очень декоративен осенью, так как его многочисленные плоды, имеющие вид шаровидной желтой коробочки, растрескиваясь обнажают трехдольные яркокрасные ягоды. Всё вместе это выглядит очень привлекательно. Причем биттерсвит может вскарабкиваться чуть ли не до самых верхушек довольно высоких деревьев, украшая их обезлиствевшие ветви будто маленькими елочными лампочками.

Один из заброшенных домов
Здесь же гибкие лианы, украшенные красными ягодками в обрамлении желтых створок коробочек, оплели не только кусты и деревья, но вцепились в стены зданий и затянули густой сеткой мелких веточек окна с выбитыми стеклами.

Я остановился и вышел из машины. Вокруг никого не было. Тишина. Направился к заброшенным домам. Вдоль одного из них тянулась крытая галерея, тоже густо увитая лианами. Поднялся на нее по невысоким каменным ступеням и очутился в заколдованном мире, который потихоньку разрушался под действием времени, погоды и диких растений.

Заросшая лианами галерея
С галереи увидел повисшую в воздухе, покосившуюся, готовую рухнуть в любой момент, лестницу, ведущую на второй этаж.

 Полуобрушившаяся лестница
Сразу же обнаружилось, что до меня здесь уже побывали. На одной из каменных колонн, к которым крепились трубчатые ограждения галереи, увидел надпись, сделанную то ли мелом, то ли белой краской на русском языке: “Здесь были Велка (вероятно Белка) и Жираф. И дата - 09/25/11″.

Хотя поначалу прочитав имя Велка, я вспомнил старый анекдот, родившийся во времена индустализации СССР, когда модными стали новые имена. Познакомились парень и девушка. Представились друг другу. Она - Вея, он - Тарик. А как полные имена: она - Веялка, он - Трактор. Так что может здесь с Жирафом была Веялка, не знаю.

 Надпись на колонне
Прогулка по этим почти поглощенным растениями полуразвалинам напомнила мне один ролик, где рассказывалось о том, что случится если вдруг все люди на Земле таинственным образом исчезнут. Первые признаки их отсутствия станут заметными уже через несколько часов по той причине, что на Земле станет гораздо темнее, так как остановятся все электростанции, работающие на ископаемом топливе, которое надо постоянно на них доставлять. Затем остановятся и все другие электростанции, а потом настанет очередь других творений рук человеческих. Через четверть века все улицы в городах зарастут травой и кустами, в них придут дикие животные, а через триста лет начнут рушиться железные мосты, небоскребы и плотины из-за разъедающей их ржавчины. И спустя всего десять тысяч лет от человеческой цивилизации не останется почти никаких следов, за исключением полузасыпанных песком египетских пирамид и отдельных участков Великой китайской стены.

Угол дома
По прошествии миллиона лет, то есть малого мига в истории Земли, возраст которой оценивается в четыре с половиной миллиарда лет, результатов деятельности человека на нашей планете практически невозможно будет отыскать. Земля станет царством растений и диких животных, которые будут чувствовать себя значительно лучше без людей.

Вот такая апокалипсическая картина промелькнула у меня в голове, пока я ходил по галерее около медленно и покорно разрушающихся, брошенных людьми на произвол судбы, отслуживших своё, строениями.

По возвращении домой я еще довольно долго находился под впечатлением от увиденного. Как раз в эти дни я читал книгу Александра Мелихова “Под щитом красоты” и остановился на эссе под названием “Требуется Шестов”, в котором меня зацепила фраза о том, что “неизменность - один из китов человеческого счастья”.

Прочитав её, я почему-то сразу вспомнил старый, но давным-давно разрушенный и снесенный дом в Новосибирске, где прошли мои детство и юность. А мне бы так хотелось его увидеть. Это был купеческий двухэтажный дом дореволюционной постройки, в котором уместилось 14 семей. Первый его этаж был кирпичный с фигурной кладкой, второй - деревянный, с резными наличниками вокруг окон, а фасад под крышей украшали две резные деревянные розетки.

Старый дом, которого нет
Дом находился близко к центру города. Я понимаю, что старое должно уступать место новому. Но почему бы не сохранить кусок исторической застройки в центре города, что сделало бы его не только гораздо более привлекательным с туристической точки зрения, но при этом была бы ещё и отдана дань исторической памяти, дореволюционной архитектуре старого Новониколаевска, как город назывался во времена его основания.

Я понимаю также, что моё желание сохранить именно тот участок городской застройки, где стоял МОЙ дом, является не совсем справедливым и даже эгоистичным. Не сомневаюсь, каждый поддержал бы меня, но только с тем условием, чтобы сохранен был тот городской квартал, в котором прошло именно ЕГО детство. Но что тут поделаешь, всем не угодишь.

В эссе, о котором я упомянул выше, под неизменностью, конечно, понимается более обширное философское понятие, чем простая неизменность некоторых материальных объектов, но их неизменность может быть важной для отдельно взятого человека. Счастливчик тот, кто родился и провел свои детские годы в каком-нибудь историческом здании, которое занесли в регистр национальных памятников, и он теперь через полвека или больше может приехать и увидеть часть своего детства, как это сделал американский внук Маяковского, в ролике показанном недавно в одном из телевизионных шоу.

Мое детство - это глухие, заросшие по углам лопухами, крапивой, полынью и чёрным пасленом дворы, упрятавшиеся меж одно- максимум двухэтажных домов дореволюционной постройки, неглубокая, сбегающая в близлежащий лог, канава, забитая мусором, принесенным весенними ручьями и летними ливнями, булыжная мостовая с конским навозом и остатками деревянных тротуаров вдоль неё.

Зрительные образы всего этого крепко сидят в моей памяти, и даже малое, почти незаметное внешнее совпадение с ними, влечет неумолимо меня к себе, трогает за душу до сих пор. Так выглядели моя родина и моё детство и, хотя кому-то сказанное мною может показаться странным, но память о тех не очень уютных, запущенных, исчезнувших навсегда местах и том беззаботном для меня послевоенном, но безусловно тяжелом для взрослых людей, включая моих родителей, времени, милы и дороги моему сердцу.

И я благодарен двум заброшенным, разрушающимся домам, подарившими мне приятные и немного грустные, связанные с ушедшими временами и неизбежными потерями и утратами, воспоминания.

1
2

Оставить комментарий

O.o teeth mrgreen neutral -) roll twisted evil crycry cry oops razz mad lol cool -? shock eek sad smile grin

Свет чудесных акварелей

Четверг, Ноябрь 21, 2019

В прошлую субботу в Kings Bay Library, расположенной по адресу 3650 Nostrand Avenue, с большим успехом прошла презентация акварелей нового члена Еврейской Гильдии мастеров изобразительного и прикладного искусства Александра Портнягина. Сама же выставка его произведений открылась 28 октября.

В выставочном зале библиотеки не было свободных мест. Пришли родственники, друзья и знакомые художника, члены Гильдии и просто любители искусства.

Во вступительном слове координатор выставки Нина Цыпина упомянула имя члена Гильдии замечательного акварелиста И.М.Безчастного, экспозиция художественных произведений которого, проведенная в память о нем, только недавно закрылась. И вот теперь ему на смену пришел новый, молодой художник, который принес на суд зрителей более сорока замечательных акварелей.

Выступающих было много, и все они единодушно дали высокую оценку картинам Александра. Один из старейших членов Гильдии Леонид Алавердов подчеркнул, что практически в самой трудной технике живописи - акварели Александр добился высокого мастерства, а в целом для его творчества характерны яркие, сочные краски. И это очень точное замечание. Я согласен с тем, что на картинах Александра тепло и солнечно. Вероятно, сказываются впечатления детства и юношества, которые прошли у него в Ташкенте. Причем тот факт, что он пишет акварели по-мокрому только подчеркивает его мастеровитость, ибо это требует от художника точности в выборе цвета и тона, так как рисунок меняется сам по себе до тех пор, пока бумага окончательно не высохнет.

Александр любил рисовать с детства и в общем-то никогда не изменял этому своему увлечению. Раньше он делал карандашные рисунки, работал с гуашью, а здесь увлекся акварелью.

Александр Портнягин с женой и сыном
Излюбленным его жанром является городской пейзаж, хотя, конечно, только этим он не ограничивается. Однако избранный им метод акварельной живописи по-мокрому как нельзя лучше подходит именно для изображений пейзажей.

 Городской пейзаж
Его картины - это в основном его воспоминания о различных городах, посещенных во время путешествий. Я не сомневаюсь в том, что картина, написанная собственными руками, всегда более точно может передать эмоциональное состояние человека, любующегося улицами, по которым он гуляет, нежели любая, даже самая хорошая фотография.
К сожалению, я не могу показать лучшие работы Александра, потому что акварели экспонируются в рамках под стеклом, а при фотографировании стекло бликует, что не позволяет сделать качественный снимок.

Рыбак
Тем не менее, характер картин неплохо раскрывают вид улочки в южном городе и акварели под названиями “Рыбак” и “Альпы”. Очень хорош портрет сына, показывающий мальчишку с выпавшим зубом.

Альпы
А теперь несколько слов о самом художнике Александре Портнягине. После окончания школы в Ташкенте Александр поступил в Московский институт электронной техники, после завершения учебы в котором работал в Москве инженером-конструктором микроэлектронной аппаратуры.

История его личной жизни, о которой он сам рассказал, показалась мне - человеку на поколение, и то и на полтора, старше его, интересной и очень современной. Со своей будущей женой он “встретился” на сайте знакомств в интернете. Она в то время жила в Нью-Йорке. В процессе переписки выяснилось, что она тоже из Ташкента, и, более того, они учились в параллельных классах в одной школе, но в то время не были знакомы. Зато у них оказалось много общих друзей.

И тут мне вспомнилось одно из высказываний известного актёра, сценариста и писателя Вениамина Смехова утверждавшего, что “самые реальные связи - виртуальные”. А в жизни случилось всё наоборот: витруальная связь Александра и Алёны закончилась в 2011 году самым реальным браком, в результате которого через год появился мальчик по имени Бенджамин.

 Портрет сына
При этом стоит отметить, что сама по себе виртуальная связь у них не была лишена романтизма. По словам Алёны Александр сочинил для неё за время переписки массу замечательных лирических стихов, которые она хочет издать отдельной книжкой. И от себя добавлю, неплохо бы с иллюстрациями мужа.

Сейчас Александр Портнягин живет в Нью-Йорке, работает программистом.

В заключение хочу упомянуть и о выступлении перед присутствующими семилетнего сына художника. Бенджамин сказал, что ему очень нравится, как рисует папа, и ему хочется научиться рисовать так же хорошо, как он. Что ж, пожелаем отцу и сыну больших успехов в замечательном искусстве живописи.

1

Оставить комментарий

O.o teeth mrgreen neutral -) roll twisted evil crycry cry oops razz mad lol cool -? shock eek sad smile grin

Лимерики Бориса Рубина с рисунками Виктора Козлова

Воскресенье, Ноябрь 17, 2019

Предваряя очередную порцию лимериков, я хочу слегка дополнить то, что писал о них перед первой публикацией их первой подборки в газете “Репортёр”.

Однако сначала напомню, что основателем этого стихотворного жанра является английский поэт и художник Эдвард Лир. Лимерик - это пятистишие, в котором рифмуются первая, вторая и пятая строки, а третья с четвертой.

Слово лимерик происходит от названия ирландского города Лимерик. Считается, что в иронических куплетах, которые распевали ирландские солдаты, состоявшие на службе у французского короля Людовика XIV, в припевах они часто упоминали название своего родного Лимерика. Оттуда всё и пошло. При этом следует отметить, что ударение в названии этого города падает на первый слог. Но попробуйте произнести слово ли́мерик во множественном числе. По-моему это страшно неудобно. Ударение как-то просится на второй слог. Пример такого переноса я нашел в книге “Полное собрание абсурдных стишков-лимериков с рисунками Эдварда Лира”, в переводе Владимара Ковнера, опубликованной в 2015 году в Бостоне. Там страничка с благодарностями переводчика начинается с такого двустишия:

Экономны по форме лимерики,
Смех животный от них - до истерики.

Ясно, что в данном случае допущена поэтическая вольность, то есть использовано право поэта в целях сохранения ритма и рифмы переносить ударение с одного слога на другой. Такие вольности встречаются у многих поэтов, включая А.С.Пушкина и М.Ю.Лермонтова, не говоря уже о других. Например, стихотворение “Обвал” А.С.Пушкина начинается с таких строк:

Дробясь о мрачные скалЫ,
Шумят и пенятся валы,

А написал я всё этого в качестве оправдания того, что в паре своих лимериков использовал это слово с ударением на второй слог. Надеюсь, что уважаемые читатели простят мне эту вольность. Не я первый.


Узнали учёные, что лишь холерики
Способны писать неплохие лимерики.
Старались флегматики и меланхолики,
Но враз начались у них спазмы и колики.
А дальше и вовсе случились истерики.


Один джентльмен из Америки
Читал постоянно лимерики,
На скамеечке сидючи в скверике.
Но со зла утопился он в ерике
Про себя обнаружив лимерики.


Недотёпа один в денёчек сумбурный
Из-под кофе стаканчик выбросил в урну,
Попал же в кого-то в бронежилете.
И тот целый день (его пожалейте!)
Ужасно страдал и кричал нецензурно.


Однажды любовница Наполеона
Ему отказала, наверно, спросонок,
И он, сбросив с носа златое пенсне,
Убил её с криком: “Ты не Богарне!”
Вот так погубил он немало девчонок.


На Аляске однажды в ручье Кетчикан
Чавычу со сноровкой ловил старикан.
И горбушу с кетою не упускал,
Демонстрируя всем свой грозный оскал.
К зимней спячке готовился тот старикан.


Разли́лась в горах широко Титикака.
Там жил Габриэль - весельчак и гуляка.
Он плавал с удой на каяке,
Форельку ловя в Титикаке.
И выпив текилы, кричал: “Титикака!”

Оставить комментарий

O.o teeth mrgreen neutral -) roll twisted evil crycry cry oops razz mad lol cool -? shock eek sad smile grin

Кто празднику рад…

Понедельник, Ноябрь 11, 2019

Субботний день 26-го октября провел я в маленьком, симпатичном и уютном городке Риджфилд в Коннектикуте, где живут представители среднего американского класса.

Погода установилась там, как по заказу: ярко светило солнце, было тепло и красиво от одевшихся в осеннее разноцветье кленов. И именно в этот день с десяти утра и до полудня в центре города перекрыли большой отрезок главной магистали и устроили для детей празднование Хэллоувина, так как 31 октября выпало в этом году на четверг - рабочий день. А так родители с детьми могли прийти на общее гуляние, показать себя и посмотреть на других. В общем, поступили по русской поговорке: “Кто празднику рад, тот за неделю пьян”.

Main Street
Правда, пьяных на улицах не было, зато центральный отрезок Main Street был заполнен толпами детей в самых разных нарядах в сопровождении родителей, бабушек и дедушек. Причем взрослые тоже во многих случаях не отказывали себе в удовольствии пройтись по улице в образе какого-нибудь сказочного персонажа из мультика.

В толпе
Даже некоторые собаки были одеты в хэллоувинские наряды, как например, та, что под предводительством своей хозяйки прогуливалась с бараньими рогами на голове. Настоящий овцепёс.

Овцепёс

В дверях всех магазинов и офисов на этом участке улицы стояли их работники и раздавали детям конфеты и сладости, но в числе подарков были также светящиеся палочки (glow stick), мелкие резиновые игрушки и цветные наклейки (sticker). Всё зависело от того, чем тот или иной магазин торговал. Дети радовались и бегали с сумками и корзинками от одних радушных хозяев к другим. А я подумал, это сколько же надо было закупить конфет и сладостей, чтобы не обделить подарком кого-нибудь из огромной, шумной и веселой оравы трик-ор-тритающих детей?

Взрослые тоже веселились от души. В толпе горожан гулял и сенатор от штата Коннектикут в Конгрессе США, член демократической партии Ричард Блументаль (Richard Blumenthal) в сопровождении Rudi Marconi - главы правления исполнительной власти Риджфилда или First Selectman, как называют эту выборную должность в небольших городках Новой Англии. Многие горожане с ними фотографировались, на что народные избранники охотно соглашались.

В шумной, веселой, смешливой толпе встречались знакомые, друзья и соседи, одноклассники и их родители, они приветствовали друг друга, бросая пару слов на ходу или останавливались, позволяя своим детям рассматривать на друзьях и подружках “страшные” или забавные костюмы, купленые в магазине или изготовленные дома с незаурядной выдумкой и фантазией.

Пингвин и бабочка
Все это походило на большой семейный праздник, где каждый был желанным гостем. Я же поначалу чувствовал себя сторониим наблюдателем, но потом и сам проникся необыкновенным чувством общности и единения со всеми жителями этого чудесного городка.

Ничего подобного в Бруклине, где живу, я себе представить не могу.

Оставить комментарий

O.o teeth mrgreen neutral -) roll twisted evil crycry cry oops razz mad lol cool -? shock eek sad smile grin

Читай, и ты полетишь

Понедельник, Ноябрь 11, 2019

На днях прогулялся до Kings Bay Library, что находится недалеко от дома, в котором живу, сдал две прочитанные книжки и взял две новые. Никаких проблем, каждый желающий может записаться в библиотеку, а затем пользоваться её книжным фондом.

А начиналось это здесь без малого двести лет назад. Первая библиотека для публики в Бруклине открылась летом 1823 года, когда была создана “The Apprentices’ Library Association of the Village of Brooklyn”. Это было время, когда Бруклин даже не получил еще статус города, а был лишь просто поселком. Во главе ассоциации, насчитывавшей 180 членов, стоял Роберт Сноу. Под библиотеку был арендован небольшой дом на Фултон авеню, где к январю 1824 года было собрано 724 книги и 150 брошюр, подаренных членами ассоциации. Очаг культуры поселка Бруклин работал по субботам с 4 до 9 часов вечера. Первым его заведующим был Эразм Уортингтон, обслуживавший 70 постоянных читателей и получавший 75 центов в день.

Система бруклинских публичных библиотек возникла после принятия специального акта Законодательным собранием штата Нью-Йорк почти 130 лет назад в мае 1892 года. Первоначально бруклинская система виделась как сеть небольших библиотек, относительно равномерно размещенных на территории города (Бруклин вошел в состав Нью-Йорка в 1898 году) и не связанных с каким-либо одним центром. До начала строительства Центральной библиотеки на Grand Army Plaza было еще двадцать лет.

Развитию сети публичных библиотек в Бруклине очень помог известный предприниматель и меценат Эндрю Карнеги. Отец-основатель современной американской филантропии, богатейший человек Америки, продавший в 1901 году свой сталелитейный бизнес за 480 миллионов долларов, что в пересчёте на современный курс американской валюты соответствует 400 миллиардам, пожертвовал девять десятых своего гигантского состояния на благотворительные нужды.

Будучи самоучкой и понимая, что в новом веке образование станет необходимым условием для достижения успеха в любом деле, он решил предоставить возможность “систематически заниматься чтением и самообразованием” как можно большему количеству людей.

В Бруклине на пожертвованные Эндрю Карнеги деньги между 1901 и 1923 годами была построена двадцать одна библиотека. В настоящее время у нас имеется 58 региональных библиотечных отделений, не считая Центральную и Промышленную библиотеки, в которых в общей сложности собрано более шести миллионов различных печатных изданий, аудио- и видеокассет, а также компакт-дисков.

И всем этим богатством каждый желающий может пользоваться совершенно бесплатно.

Однако так было не всегда. Подтверждение этому факту я нашел недавно совершенно случайно на блошином рынке. Люблю рыться там в книгах. Редко, но иногда там все же удается откопать что-то интересное с моей точки зрения.

Вот так наткнулся я, копаясь в большой стопке книг, на первое издание (1946 год) бестселлера того времени “Their Ancient Grudge” (”Их старинная вражда”), автором которого был Harry Harrison Kroll. Купил книжку из-за расположенного на внутренней, изнаночной стороне её переплетной крышки фиолетового, ромбической формы, штампика “Lending Libraries Co. For Rental only”, а также бумажной наклейки на форзаце с текстом: “Special Rate. 15 c. for first 3 days. 3c. each additional day”. Там же была, вероятнее всего, владельческая подпись “Mrs. Ruth Shuman”, сделнная простым карандашом.

Обложка книги
Текст внутри штампика гласит, что эта книга когда-то принадлежала одной из библиотек компании, в которой книги можно было брать только в аренду, естественно, за определенную плату. К сожалению, нигде не было указано, где эта библиотека находилась и как она называлась.

Штамп в книге 1946 года издания
Идея создания подобной библиотеки впервые была осуществлена в Филадельфии в 1731 году по предложению Бенджамина Франклина. В те времена книги стоили очень дорого, их могли покупать только состоятельные люди. Чтобы сделать печатные издания более доступными, члены клуба называвшегося “Кожаный фартук”, в который входили торговцы и ремесленники, объединили свои книги в одном месте, внеся еще и вступительный взнос. Существовала также и ежегодная плата за пользование общими книгами. Собранные таким образом деньги расходовались на пополнение библиотеки. Из Пенсильвании идея таких библиотек распространилась и на другие штаты.

С какими-то видоизменениями подобные библиотеки просуществовали достаточно долго, по меньшей мере до середины прошлого века, доказательством чему и может служить найденная мною книга. На бумажке, приклеенной к ее форзацу, указано, что за первые три дня её аренды нужно было заплатить 15 центов, а затем платить по 3 цента за каждый дополнительный день.

Наклейка в книге
В этой связи стоит, по-моему, напомнить, что книги здесь всегда стоили недешево, не исключая и нашего времени. На моей книге напечатана её продажная цена - $2.75. В пересчете на сегодняшний день её покупка обошлась бы в 39 долларов. Не всякий купит. А взять её в аренду, даже на 10 дней, обошлось бы гораздо дешевле: в 36 центов в 1946 году или в в 5.1 доллара сейчас, то есть в семь с половиной раз меньше.

В этом смысле мы живем в золотые времена, коли можем пользоваться книжными богатствами совершенно бесплатно.

И последнее замечание. Сейчас из библиотеки, в которую я записан, заранее приходит на мой e-mail электронное сообщение, что срок пользования книгой истекает. Мне вежливо напоминают, что её нужно сдать или своевременно продлить. Иначе, упаси боже, за каждый просроченный день мне придется заплатить аж по 15 центов. Но если быть дисциплинированным и ответственным читателем, то за пользование библиотечными книгами с меня не возьмут ни цента.

Так что “Читай, и ты полетишь”, - как очень точно заметил знаменитый писатель и поэт Пауло Коэльо.

Оставить комментарий

O.o teeth mrgreen neutral -) roll twisted evil crycry cry oops razz mad lol cool -? shock eek sad smile grin

Польза пустоты

Четверг, Ноябрь 7, 2019

Одной из замечательных особенностей Нью-Йорка является постоянное присутствие в разных уголках всех пяти его боро временных, под открытым небом, экспозиций произведений скульптуры, как отечественных так и иностранных мастеров. Такое постоянство временного придаёт и без того непрерывно меняющемуся облику нашего города неповторимую индивидуальность, своеобразную, изменчивую текучесть его внешним очертаниям, когда неожиданно для себя вдруг обнаруживешь среди привычного антуража какую-то новую, свежую деталь. Она неожиданно возникает в неожиданном месте, а затем столь же неожиданно исчезает, чтобы в другом облике возникнуть там же или где-нибудь на соседней улице, в парке, даже детской площадке, изменив и украсив на время привычный ландшафт конкретного уголка города.

Вот так в крошечном треугольном скверике - одном из двух с половиной тысяч подобных зеленых островков, называемых Greenstreets и возникших в нашем городе с момента принятия в 1996 году специальной программы по их созданию, в конце августа нынешнего года появилась скульптурная композиция Билла Солтиса (William Soltis) “Under the Sun”.

"Under the Sun" by William Soltis
Как сказано в кратком описании произведения установленного в скверике, расположенном на месте пересечения трех улиц Park Place, Flatbush and 7th Avenues в Бруклинском районе Проспект-Хайтс, - “это одна из серии скульптур, живущего в Бруклине Билла Солтиса, отражающая его эксперименты с образами, узорами и линиями, когда он в процессе работы позволяет рождаться идее, а не воплощает её в уже заранее полностью сформированном виде в художестенном объекте. Скульптор часто работает с человеческими формами, которые могут быть достаточно реальными или абстрактными, плавными, угловатыми, заостренными или искривленными с активным, пассивным или эмоциональноым жестом”.

Как я понял, скульптор стремится к тому, чтобы завершенная его работа представляла собой некий союз этих элементов с окружающей средой, в которой скульптура находится.

Свои произведения Б.Солтис нередко создает из кованого металла, используя для этого, так называемую кортеновскую сталь. Этот низколегированный, погодоустойчивый сплав давно используется в ландшафтной архитектуре из-за своей функциональности. Соль заключается в том, что эту сталь не нужно защищать от коррозии. На воздухе она быстро покрывается тончайшим слоем ржавчины, которая и служит защитной пленкой, не позволяющей окислительным процессам распространяться вглубь металла. Вдобавок к этому ржавчина кортеновской стали обладет красивым оранжевым цветом. Кортен недорог, стабилен и прочен.

Именно из этого материала и выкована скульптура, названная “Под солнцем”. Она представляет собой поставленные на попа слегка изогнутые по длине фигурные металлические пластины с вырезанными в них причудливыми щелями и отверстиями. Я смотрел на пластины с разных сторон, пытаясь уловить в их абстрактных формах какие-либо намёки на реальные объекты. Нашел одну точку обзора, откуда округлая верхняя часть одной из пластин показалась мне похожей на половинку Луны с намеком на профиль человеческого лица. Но всё это очень приблизительно. И тут я вдруг вспомнил афоризм знаменитого древнекитайскго философа Лао-Цзы: “Вазы делают из глины, но пользуются пустотой в вазе”. И стал смотреть не на металлические конструкции, а на вырезы в них. И оказалось, что в эти пустоты можно почти точно вставить некоторые части скульптуры, то есть они были вырезаны из одной пластины и поставлены рядом с материнской, образовав общую композицию.

Увидеть скульптуру работы Билла Солтиса в этом месте можно будет до конца июля следующего года.

Отностительно недалеко от зеленого треугольника, где стоит скульптура “Под солнцем”, находится другая. Если свернуть с Flatbush Avenue Extension на впадающую в неё под тупым углом Fleet Street, то сразу же с правой стороны на территории Университетской площади можно увидеть произведение проживающего в нашем городе скульптора румынского происхождения Леонарда Урсачи (Leonard Ursachi) “Bunker Head”. Его работы неоднократно экспонировались в разных местах Бруклина в том числе, например, на Cadman Plaza и в Проспект парке.

"Bunker Head" by Leonard Ursachi
“Бункерная голова” Леонарда Урсачи - это большая, стилизованная человеческая голова, напоминающая бункер, а точнее ДОТ, из амбразуры которого высунулся нос.

Свою Долговременную Огневую Точку скульптор вырезал из жесткого пенопласта и сверху покрыл её похожим на цемент материалом, используемым при строительстве зданий.

В кратком описании этого произведения указано, что “крайне стилизованне лицо отсылает нас к культовым изображениям головы в многочисленных культурах от шамана до солдата, от поэта до пророка”.

Со своей стороны могу сказать, что никаких подобных посылов при рассматривании этого ДОТа я не ощутил. При ближайшем рассмотрении легко можно было заметить, что все соружение опутано сеткой, вроде крупноячеистой марли, небрежно замазанную как бы гипсом, хотя я не слыхал, чтобы на голову накладывали подобные повязки.

В моем воображении возник образ человека, тяжело пострадавшего в какой-то катастрофе. После того, как он попал в реанимацию, его там так забинтовали, что остались видимыми только нос и край рта. Все остальное оказалось скрытым под бинтами. Таких несчастных нам любят показывать в различных детективных сериалах, когда не хотят, чтобы мы узнали в пострадавшем кого-либо из героев фильма. При этом должен добавить, что в клинике Леонарда Урсачи так неумело намотали бинты на разбитую голову, что она приобрела форму кастрюли без ручек.

А еще я вспомнил поэму А.С.Пушкина “Руслан и Людмила”, в которой храбрый Руслан сразил великанью голову. “Уж не та ли это голова после того, как над ней потрудился славный Руслан” - подумал я. Теперь вот вся замотана бинтами.

Но хватит фантазий. В реальной жизни само по себе это сооружение достаточно велико, но кто-то длиннорукий умудрился поставить на него красный пластмассовый конус. Такие используются в качестве ограждений во время дорожных работ.

Красный с белой полоской колпак придал скульптуре инфернально-клоунский оттенок из фильмов ужасов.

По сторонам от центральной амбразуры в стенках долговременной огневой точки проделаны как бы отверстия, которые на самом деле являются неглубокими нишами со вделанными в них зеркалами из полированной нержавеющей стали. При попытке заглянуть внутрь бункера через эти “отверстия”, видишь только самого себя. На что это автор намекает?

"Bunker Head" by Leonard Ursachi
Все желающие заглянуть в “Бункерную голову”, чтобы попытаться разгадать загадку, могут сделать это вплоть до октября следующего года.

Оставить комментарий

O.o teeth mrgreen neutral -) roll twisted evil crycry cry oops razz mad lol cool -? shock eek sad smile grin

Находка в заброшенном складе

Понедельник, Октябрь 21, 2019

У этой статьи довольно длинное вступление, но именно случайные впечатления от пары тех октябрьских дней, о которых я пишу ниже, помогли мне сделать неожиданную находку.

То утро было пасмурным. На равномерно серых облаках лишь кое-где вдруг возникали, но тут же исчезали, светлые пятна. Ветра не было совсем, только падающие листья желтокрылыми бабочками парили меж ветвей платанов, а затем беззвучно падали на асфальт. Воздух был приятно прохладен. День вроде бы проснулся, но еще зевал и потягивался.

Я люблю такую погоду, такие умиротворенные осенние деньки, когда природа отдыхает в спокойном ожидании грядущего. Тянет на воспоминания, размышления, на что-то возвышенное. В общем, находит на меня романтическое настроение. И в этот момент увидел я в небе стаю гусей, летящих клином, и само собой родились две строчки:

И гуси с неба клином вышибают
Остатки осени для будущей зимы.

К вечеру день разгулялся, я в это время был в Бенсонхёрсте, и перед тем как поехать домой, решил пройтись по его набережной, которая много лет была любимым местом для моих прогулок, ибо она находилась всего в паре кварталов от дома, где мы поселились сразу после приезда в Америку.

Океан был взволнован, видимо где-то далеко за горизонтом разгулялся ветер. Вода, набрасываясь на изогнутую дугой стену набережной, мчалась вдоль неё бегущей строкой, выбрызгивалась на асфальтовую дорожку, окропляя зазевавшихся прохожих. Только рыбаки спокойно стояли у края барьера, отыскав маленький пятачок, куда вода не выплескивалась, и караулили там поклёв, вцепившись в свои спиннинги.

В небе возникла радуга, и яркое предзакатное солнце вдруг стало проглядывать сквозь облака, оставляя на волнах позолоченную дорожку.

Я сделал несколько фотографий посветлевшего неба с радугой и разгулявшегося океана с маячившими вдалеке контейнеровозами, бросил на бетонное ограждение набережной прощальный взгляд, случайно зацепившийся за пару скучных каракулей-граффити на нём, и уехал домой. Но эти каракули почему-то засели у меня в памяти.

Утром следующего дня мне нужно было поехать в Бруклинский район Проспект-Хайтс, и там на Carlton Avenue на заборе из деревянных щитов, ограждающих небольшую стройку, я опять увидел граффити. Но это уже был рисунок с определенным смыслом. И я вспомнил свое старое увлечение, которое в последнее время подзабросил.

Граффити на Carlton Avenue
Впервые граффити я увидел вскоре после приезда в Нью-Йорк. Тогда это считалось хулиганством, граффитчиков гоняли и штрафовали, а их рисунки уничтожали. Мне же многие работы уличных художников нравились, и я принялся их фотографировать, справедливо полагая, что они вскоре будут закрашены или стёрты, а то и просто исчезнут вместе с забором, на котором нарисованы. А если до них будет трудно добраться, то они все равно долго не просуществуют, поблекнут и состарятся под влиянием солнечных лучей, дождей и снегопадов.

И это воспоминание побудило меня попытаться дополнить мою довольно приличную, но полузаброшенную коллекцию стрит-арта.

Я знал одно местечко, где можно было попытаться это сделать, и в первое же воскресенье туда отправился. Это была U-Haul автобаза в районе Mill Basin, на огромной территории которой ржавело множество старых грузовиков, почти как на автомобильном кладбище. Я бывал там один раз, но совершенно по другому поводу.

В тот день я собирался найти и сфотографировать там граффити на траках, так как разрисованная грузовая машина не такая уж большая редкость на наших улицах. Идея заключалась в том, чтобы создать новый раздел в своей коллекции под названием вроде “Галерея на колесах” или может быть даже проще - “Передвижники”.

На автобазе я легко нашел траки, изрисованные граффити, но совсем неинтересными. В основном они состояли из дутых букв, хотя на одном был намек на примитивный керек.

В полном разочаровании я шел к своей припаркованной машине, когда буквально в полсотне метров от автобазы увидел старое, длинное, приземистое, кирпичное здание, в котором располагались какие-то мастерские. Прогулка вдоль них не сулила никаких заслуживающих внимания находок. Однако я свернул туда, потому что где-то там громко горланил петух. Именно это меня привлекло и удивило: всё же нечасто услышишь петуха на бруклинских улицах. Петух кукарекал непрерывно, и я его очень быстро обнаружил. Ярко раскрашенный красавец обосновался на запаске припаркованной там Хонды SUV и солировал оттуда. Неподалеку я увидел и курочек. По-моему это были бойцовские куры породы азиль.

Ну, а мне ничего другого не оставалось, коль скоро я уж туда свернул, как пойти дальше вдоль неказистого кирпичного здания, весь фасад которого был изрисован примитивными граффити типа флоп.

С правой стороны от него, чуть не в самом конце асфальтированной дорожки, посреди унылого пустыря стояло большое высокое здание с почти совсем разрушенной крышей. Я подошел ближе и заметил, что наружная его стена снизу тоже почти сплошь покрыта простыми одноцветными граффити. С торца здания виднелся вход, заделанный фанерными досками, однако там оставалась довольно широкая щель. Я подобрался к ней через кучи глинистой земли и заглянул внутрь. И обнаружил там настоящую картинную галерею. Ширина щели позволяла пройти внутрь, чем я не преминул воспользоваться.

Я оказался в очень большом, совершенно пустом, прямоугольном помещении, металлические стропила крыши которого поддерживались металлическими же балками-колоннами. Вероятно здесь когда-то размещался большой склад. Внутренние боковые стены здания почти сплошь покрывали яркие, цветные граффити. Освещение было очень хорошим через сплошные дыры в крыше. Я сделал там много фотографий, заснял практически всё. Сохраню это для истории. В основном это были буквенные рисунки в стиле бабл, иногда троу-апа, флопа и уйлда. Было много просто теггинга.

Граффити на стенах бывшего склада
На всякий случай хочу пояснить некоторые термины, используемые граффитчиками. Этот вид художественного творчества (стрит-арт) уже относительно давно причислен к отдельному направлению современного изобразительного искусства, для которого характерен ярко выраженный урбанизм. Он охватил все континенты и чуть ли не все страны мира. Ныне существуют музеи стрит-арта, выпущено множество альбомов с рисунками граффитчиков, а работы некоторых из них стоят бешеных денег.

Граффити на стенах бывшего склада
Бабл стайл (от английского bubble - пузырь) - изображения, нарисованные с помощью круглых форм, ярким примером которых могут служить дутые буквы, флоп (от английского слова шлепок) - очень быстро сделанный рисунок, часто одним цветом и без заливки, троу-ап (от английского рвать, в смысле блевать, но в данном контексте имеется ввиду отбрасывать, кидать) - фактически тот же флоп, но с заливкой в несколько цветов, уайлд (wild stile - дикий стиль) - достаточно сложные изображения, состоящие из множества элементов, часто дополненных буквами, керек (character - характрер, символ) - обычно комические или взятые из мультфильмов герои, теггинг (от слова tag - ярлык, метка) - стилизованный автограф райтера (граффитчика).

Так вот в обнаруженной мною художественной галерее, и я говорю это безо всяких кавычек, красовались хорошие стенные росписи, исполненные в разных стилях. Особенно мне понравилась одна в стиле уайлд, на которой многочисленные стрелки, направлявшие куда-то зрителя, указывали на все четыре стороны.

Граффити на стенах бывшего склада
Очень интересным, на мой взгляд, был рисунок фантастической гусеницы, показавшейся мне похожей на грустный автомобильчик, у которого вместо колес выросли многочисленные ножки. Да и простые текстовые надписи выглядели очень красиво благодаря сочетанию ярко раскрашенных букв с многоцветьем фона.

Граффити на стенах бывшего склада
Вход в эту галерею бесплатный, хотя и несколько рискованный. Глухое местечко.

Граффити на стенах бывшего склада
Я уверен, здание бывшего склада давно уже заброшено и не один год пустует, и именно данное обстоятельство привлекло к нему граффитчиков так как там их никто не видел, и они могли спокойно заниматься своим делом. Я пробыл внутри довольно долго, и, признаюсь честно, мне не хотелось оттуда уходить. На меня нахлынули воспоминания из детства, которое прошло в послевоенные годы среди подобной запущенности и разрухи. А цветные картины, которых не было в мои юные годы, только придавали яркости воспоминаниям.

Граффити на стенах бывшего склада
Когда на обратном пути я проходил мимо петуха, который успел переместиться с запаски на крышу машины, он продолжал кукарекать, но, по-моему, уже слегка осипшим голосом. Я благодарен этогому неугомонному певцу, потому что он помог мне найти скрытую от постронних глаз своеобразную картинную галерею.

1
2

Оставить комментарий

O.o teeth mrgreen neutral -) roll twisted evil crycry cry oops razz mad lol cool -? shock eek sad smile grin

Добыча золота из бумаги

Четверг, Октябрь 17, 2019

Совсем недавно я по случаю купил “The Price Guide to Autographs”. Этот толстый и увесистый справочник, созданный усилиями супругов Джорджа и Хелен Сандерс, давно коллекционирующих автографы и рукописи, и журналиста Ральфа Роджерса, содержит 608 страниц.
В большой вступительной статье “Радость и магия коллекционирования автографов” один из авторов справочника Ральф Робертс сообщает много интересных фактов, касающихся этого вида собирательства.

Открывает он свою статью утверждением, что “коллекционироваине автографов подобно золотодобыче”, И тут я хочу привести некоторые его рассуждения по этому поводу, показавшиеся мне заслуживающими внимания в наибольшей степени. Для начала он задается вопросом, почему иногда относительно нестарые рукописные документы и подписи, могут продаваться дилерами или на аукционах за тысячи долларов. И указывает на две причины. Первая и наиболее очевидная - это когда подпись принадлежит известной личности, или документ каким-то образом с ней связан. В подтверждение своих слов Р.Робертс приводит интересный пример. Во времена президента Авраама Линкольна министром юстиции США в 1864-65 годах был Джеймс Спид (James Speed). Гражданская война и последующие события совершенно затмили это имя, и Д.Спид затерялся в американской истории. Однако, многие из его официальных писем, написанных его клерком и только лишь подписанные министром, являются вожделенным приобретением для коллекционеров. А объясняется это тем, что его клерком был тогда Уолт Уитмен, признанный ныне одним из самых выдающихся американских поэтов, реформировавший американское стихосложение. Таким образом, подпись министра под таким документом почти ничего не стоит, и купленная за гроши бумажка в случае знания истории, может оказаться ценнейшим приобретением, за которое коллекционеры готовы выложить сотни, а то и тысячи долларов.

Хочу напомнить, что первая серийная печатная машинка под названием Ремингтон №1 появилась лишь в середине 70-х годов позапрошлого столетия. До этого времени все документы писались и переписывались вручную.

Иногда подпись какой-либо знаменитости вырезают из письма и пытаются продать в таком виде, но она имеет гораздо более высокую стоимость, если находится на том документе, который был подписан. То же самое относится и к автографам в книгах. Например, книга подписанная автором стоит дороже, чем подпись сама по себе. Однако, нужно иметь ввиду, что в девятнадцатом столетии стало обычной практикой оставлять в книгах факсимильные отпечатки с именем автора. Такие “подписи” не имеют никакой ценности. Факсимильный отпечаток можно определить, посмотрев страницу на просвет с обратной стороны. Если чернила хотя бы слегка не пропитали лист бумаги, то это значит, что вы имеет дело с факсимиле, которое ничего не добавляет к стоимости книги.

Вторая причина почему стоит заниматься коллекционированием автографов и рукописей, заключается в их исторической значимости.

Вместе с тем следует заметить, что те, кто приобретает автографы и рукописи исключтильно в целях инвестмента, многое теряют в эмоциональном плане в отличие от истинных коллекционеров, хотя нельзя отрицать и того, что со временем цена старых рукописей только растет.

Ведущий автор и известный эксперт в сфере коллекционирования автографов и рукописей Чарльз Гамильтон в своей книге “Collecting Autographs and Manuscripts” приводит такой пример. Некоторые из тех немногих беженцев, которые рискнули покинуть нацистскую Германию в самом начале Второй мировой войны, оставив в стране всю свою недвижимость, ювелирные изделия, картины и наличные деньги, проходя через фашистскую таможню предъявляли помимо личных вещей только небольшую стопку старых семейных бумаг. И благополучно переходили границу. Однако среди этих бумаг были письма Мартина Лютера, Вольтера, Наполеона, Бетховена и других исторических личностей. Приехав в США, эмигранты смогли их продать и заново наладить свою жизнь на новом месте.

Всё это так. Но самая ценная награда для истинного коллекционера автографов и рукописей, пишет Ральф Робертс, заключается не в удачном вложении денег, а в приобщении к живой истории. Ибо простой лист бумаги, к которому прикасалась рука Джорджа Вашингтона, или первое издание книги Марка Твена, подписанное автором, обладают особой аурой, согревающей душу, как наше общенациональное достояние.

От себя могу добавить, что на меня лично подобным действием обладают сохраненные моей мамой письма моего отца, которые он отправлял ей с фронта во время Второй мировой войны.

Что же касается коллекционирования автографов, то для меня это увлечение началось с того почти сорокалетней давности случая, когда, однажды в Ташкенте, я увидел на улице в мусорной куче небольшую книжку. Мимо таких вещей я никогда не проходил и книжку подобрал. Она называлась “Р.М.Глиэр”, автором её был Игорь Бэлза, и когда я её открыл, то обнаружил сразу под обложкой дарственную надпись троекратного лауреата Сталинской премии 1-й степени, народного артиста СССР, орденоностца, композитора и педагога Р.Глиэра. Книжка была подарена Закирову 9-го февраля 1955 года. Свою находку я привез с собой, и она стоит у меня в книжном шкафу. Кстати, в ней есть фотография композитора в окружении учащихся и преподавателей носящей его имя музыкальной школы в Ташкенте.

Автограф композитора Р.Глиера
Не могу сказать, что после этой своей находки я страстно загорелся собиранием автографов. В те далекие уже времена я коллекционировал почтовые марки. Но все же во время очень редких встреч с авторами стихотворных сборников, я не упускал случая попросить их оставить свой автограф. Так что несколько таких книжек у меня есть. Одна из них называется «Горсть Земли». Автором её был писатель, поэт и журналист Михаил Ронкин, с которым я был знаком. Михаил часто публиковал юмористические и сатирические стихи в соавторстве с Эммануилом Прагом – остроумным толстяком, артистом фрунзенского Государственного академического русского театра драмы.

 Автограф поэта М.Ронкина
К сожалению, Михаила Ронкина уже давно нет в живых, так же как и народного артиста Кыргызстана Эммануила Прага. Я много раз бывал на спектаклях, где играл Э.Праг и до сих пор помню эпитафию “богобоязненному” дачевладельцу, втридорога сдававшему комнаты дачникам в летнее время, которую он мне однажды прочитал: «Грустно божьему рабу – угол сдать нельзя в гробу».

Вот написал всё это и вспомнил про двух замечательных людей. И в этом заключается одна из очень привлекательных сторон коллекционирования автографов: можно вспоминть полузабытые обстоятельства из собственной жизни, когда ты общаешься с интересным человеком. Но это, конечно, относится только к тем автогарфам, которые получил ты лично сам. Помимо прочего, в этом заключена гарантия подлинности подписи.

Приехав в Нью-Йорк, я получил возможность увидеть и взять автографы у многих известных российских писателей и поэтов, с которыми никогда бы не встретился, живя в Ташкенте.

В этой связи хочу вспомнить две такие встречи. Первая произошла в октябре 2005 года, когда я пришел в Центральную Бруклинскую библиотеку, где перед собравшимися любителями поэзии выступил Наум Коржавин. Ему было тогда 80 лет, он был полуслепой, внешне некрасивый, обаятельный и забавный. Очень хорошо выступил, прочитал много стихов наизусть. Подписывать книги ему было трудно из-за проблем со зрением, но он отнесся к этому делу очень серьезно, и хотя писал медленно, вкривь и вкось, тем не менее, оставил мне в книге своих стихов несколько добрых слов. В отличие от некоторых преждевременно забронзовевших авторов, которые могли оставить в протянутой книге неразборчивую закорючку.

Автограф Н.Коржавина

Поэт Наум Коржавин
Напоследок хочу рассказать о том, как я получил автограф Бел Кауфман, являющийся гордостью моей очень скромной коллекции. О встрече с писательницей, внучкой Шолом Алейхема, состоявшейся 26 мая 2011 года в Еврейском центре Бенсохерста, я помню очень хорошо, потому что в тот день дважды был близок к шоковому состоянию.

О предстоящей встрече я узнал заранее. С большим трудом разыскал и купил её роман “Вверх по лестнице, ведущей вниз” в русском переводе и перечитал его. С этой книгой я и явился на встречу.
Должен признаться, что я никогда не был большим фанатом в собирании автографов, но в этот раз заполучить его мне страстно хотелось.

Помимо этого мне просто было интересно увидеть автора известного во всем мире романа. Я почти не сомневался, что второго такого шанса мне никогда больше не представится, ведь две недели назад – 10 мая Бел Кауфман встретила свой столетний юбилей.

Очень большой зал Центра был полон. Около сцены на большом щите висела шпалера с изображением шагаловского скрипача на крыше.

Я нашел место с краю рядом с приятной внешности мужчиной примерно моего возраста, пришедшего на встречу с женой. Знаменитая писательница несколько запаздывала, а тем временем в зале суетились газетчики, фотографы и какие-то люди с видеоаппаратурой. Я перекинулся парой слов с соседом, а затем решил сделать несколько снимков переполненного зала, но у моего фотоаппарата никак не выдвигался объектив. И тут я с ужасом понял, что поставив на зарядку аккумулятор перед уходом из дома, не вернул его на место. Я проклинал себя последними словами.
И тут мой сосед тоже достал камеру. На мое счастье у него оказался такой же фотоаппарат, как и у меня, только немного другой модели, но аккумулятор был точно такой же. Яков, так звали моего соседа, любезно дал мне его на время, за что я ему безмерно благодарен.

Заранее пробравшись поближе к сцене, я дождался появления героини события. Перед собравшимися предстала маленькая, худенькая крашеная блондинка с рыжиной, в больших с цветистой оправой темных очках, с накрашенными губами. На ней был яркозеленый пиджак из блестящей, похожей на шелк ткани, на шее пестрый шелковый шарф. Бел опиралась на палочку, но на ногах у нее были туфли на высоких каблуках. Несмотря на возраст, было ясно, что в молодости она была очень миловидной.

Бел Кауфман
Под аплодисменты Бел остановилась в середине просцениума, молча и как-то чуть отстраненно глядя в зал с легкой улыбкой. Потом ее проводили на сцену и усадили в кресло перед маленьким столиком. И тут неожиданно для меня под руки вывели и ее мужа – высокого, поджарого, симпатичного, седого мужчину. Он тоже был с палочкой. Ему помогли сесть рядом с женой.
После этого пошли приветствия и поздравления в прозе и стихах гостье в связи с ее столетием. Стол был завален цветами, и их пришлось переложить на пол, потому что из-за них не было видно саму Бел.

А перед нами выступил обладающий прекрасным голосом кантор Давид Степановский, который в разное время был солистом эстрадных коллективов «Буковина», «Смеричка» и «Черемош». Он дал настоящий концерт, состоящий из еврейских песен, приуроченных к разным событиям в жизни человека – свадьбе под хупой, рождении ребенка, бар-мицве, любви к матери, радости жизни. Пел он в основном на идиш, немного на русском, но все песни были замечательные, трогали душу. Он также исполнил одну клезмерскую мелодию на электроскрипке. Вне всякого сомнения от его выступления все присутствовавшие в зале получили большое удовольствие.

Во время исполнения своих песен Давид часто обращался к Бел, но ее видимой ответной реакции я не замечал. Временами мне казалось, что она спит с открытыми глазами. Тем не менее, я был счастлив, что увидел вживую эту замечательную женщину, которая в свои сто лет нашла в себе силы приехать на встречу с поклонниками ее творчества.

Наконец, слово было предоставлено виновнице торжества. Она вышла в середину сцены и неожиданно низким голосом произнесла по-английски короткую речь, в которой сказала, что она осталась единственным человеком, кто видел и помнит живого Шолом Алейхема. «И хотя я была маленькой девочкой, когда он умер, я его хорошо помню», - подчеркнула она. Несколько слов благодарности всем пришедшим на встречу она сказала по-русски.
После нее несколько слов по-английски сказал и ее муж, подчеркнув важность творчества Шолом Алейхема для всех нас.

Затем объявили, что все присутствующие приглашаются в вестибюль. Там всех ожидает сладкое угощение. Те же, кто хочет получить автограф писательницы, будут приглашены в гостевую комнату. Я выскочил в числе первых и оказался третьим в очереди. Кусочек двуслойного бисквита меня не интересовал.

Вскоре за нами выстроился большой хвост. После довольно мучительного ожидания дверь приоткрылась и появившийся в ней зам. директора Центра объявил, что Бел сможет дать автографы лишь двум желающим. Сердце мое упало, но я решил не отступать и протиснулся в узкую щель. В комнате сновали неизвестные мне люди, а также А.Каган и Г.Кацов. Они фотографировали писательницу по очереди, усаживаясь рядом с ней. Было и еще несколько человек, желающих получить автографы, неизвестно каким образом попавшие в комнату.

Автограф Бел Кауфман
Бел сидела на стуле. Организаторы встречи не удосужились поставить перед ней хотя бы маленький столик, на который можно было бы положить книгу. Бел оставляла автографы, держа книги на весу. Дошла очередь и до меня, и хоть зам. директора Центра твердил писательнице, чтобы она только проставляла свою фамилию, она все же начертала мне: «For Boris Rubin - Best - Bel Kaufman». Кратко, но о большем я и не мечтал. Я оказался последним из числа тех, кто получил её автограф в тот день. И я был счастлив.

Оставить комментарий

O.o teeth mrgreen neutral -) roll twisted evil crycry cry oops razz mad lol cool -? shock eek sad smile grin

Лимерики Бориса Рубина, рисунки Виктора Козлова

Понедельник, Октябрь 14, 2019


Онажды девчушка по имени Грета
Несвежего съела чуток винегрета.
И тут же бедняжку бросило в жар -
Она закипела, как самовар:
Вся наша планета вконец переГрета!


Говорят шаман могучий из якутской глубины
Прошагал с камланьем страстным половину всей страны.
Он идет в столицу, люди,
А когда в Москву прибудет
Первым делом поменяет там протертые штаны.


Днём осенним в Бенсонхёрсте
Стас набрал боярки горсти.
Из неё сварил компот
И в бутылках продаёт.
Вот стартап вам в Бенсонхёрсте!


На далекой, угрюмой Аляске
Раз шаманы устроили пляски.
И теперь там тепло,
А ночами светло,
И красиво, как в книжке-раскраске.


Однажды старушка, что из Небраски
Решила пожить шикарно, как в сказке.
Пошла скорей в буланжери
И там купила сухари.
И дальше живёт небороско в Небраске.


На Аляске в Кетчикане
Рыбу Влад ловил руками,
Но пока за ней гонялся,
Съесть его медведь собрался.
Спасся с полными штанами.

Оставить комментарий

O.o teeth mrgreen neutral -) roll twisted evil crycry cry oops razz mad lol cool -? shock eek sad smile grin

Шаржи Кирилла Дермлюха, подписи Бориса Рубина

Воскресенье, Октябрь 6, 2019


Она ведёт программу “Время”,
И ей не в тягость это бремя.


Державин и Ширвиндт - каждый красив, велик, державен,
На сценических подмостках - просто класс и волшебство.
Мы говорим Ширвиндт - подразумеваем Державин,
Говорим Державин - вспоминаем знаете кого.


В телепрограммы ворвался Иван
И двинулся вверх, как мощный таран.
Всюду он верный успеха гарант,
В общем не Ургант, а Урагант.


Тили-тили, трали-вали,
Вы про Дженнифер слыхали?
Трали-вали, тили-тили,
А про чемпионку Тилли,

Что почти оскароносна,
Артистична и несносна,
Победила многих в покер,
Взяв с них в долларах оброки?

Оставить комментарий

O.o teeth mrgreen neutral -) roll twisted evil crycry cry oops razz mad lol cool -? shock eek sad smile grin

Стрит-арт

Вторник, Октябрь 1, 2019

Совсем недавно я по случаю приобрел опубликованный в 2006 году большеформатный альбом под названием “The Art of Rebellion 2″ с подзаголовком “World of Urban Art Activism”. В альбоме чуть больше двухсот страниц, заполненных отличными цветными иллюстрациями. Арт-директор и дизайнер Christian Hundertmark сумел собрать под одной обложкой рисунки десятков художников из крупных европейских и американских городов, которые работают на их улицах. Их называют граффитистами или райтерами и их произведения кое-где до сих пор считают портящими вид стен зданий, подземных переходов, гаражей, подъездов и всех других мест, куда можно нанести рисунок.

Действительно, те, кто занимается бомбингом, то есть созданием нелегальных граффити на вагонах поездов дальнего следования или вагонах метро, припаркованных автомобилях или дверях квартир в жилых домах справедливо считаются вандалами и их деятельность категорически не одобряется. Но уже достаточно давно художники, занимающиеся стрит-артом и работающие на граунде, то есть на территориях, где можно рисовать почти ничего не опасаясь, а тем более там, где это разрешено, нашли свое место под солнцем, их искусство признано имеющим художественную ценность, а некоторые из бывших обычных райтеров превратились во всемирно известных персон. Ярким примером такого преображения может служить Бэнкси, работы которого продаются на аукционах за сотни тысяч долларов, в том числе на Sotheby’s, что говорит само за себя.

Сейчас имеется масса литературы по истории возникновения этого вида художественного творчества, издаются журналы, каталоги и альбомы.

В альбоме, с которого я начал свой рассказ, собраны рисунки самых разных стилей: теггинг, когда просто пишется имя художника, нечто вроде автографа, бабл (дутые буквы), уайлд (дикий стиль), керек (рисунки с участием разных персонажей), троу-ап (быстро сделанный рисунок с заливкой), флоп (быстро сделанный рисунок одним цветом без заливки), стикеры, когда рисунок наносится на клеящуюся бумагу, и некоторые другие.

Граффити в стиле керек на прибрежных камнях в Бенсонхёрсте
Во вступительном слове к альбому Кристиан Хундертмарк пишет, что готовя свое первое издание такого рода в 2003 году, он спрашивал художников, какое будущее ждет по их мнению стрит-арт. Многие опасались, что это становится трендом и будет эксплуатироваться, как и иные тренды в искусстве. К счастью, продолжает автор, бума не случилось, хотя новички появляются практически каждый день. Но это не повод для жалоб, ибо общество уловило требования времени и включилось в игру. А большинство художников теперь четко знают, чего они хотят, а чего не следует делать.

Меня всегда привлекали граффити, и я при каждой возможности, ведь не всегда при мне был фотоаппарат, старался эти рисунки заснять. И начал это делать с конца девяностых годов, когда эпоха сотовых телефонов со встроенной фотокамерой только начиналась.

Рисунки, конечно, не везде были хорошего уровня, что зависело от мастерства художника. Некоторые можно было бы закрасить без всякого сожаления, а другие стоило бы сохранить, хотя бы на фотоснимках. Все же это в известной степени эфемерное искусство. Граффити стареют и выцветают, точно так же как ветшают и объекты, на которых они нарисованы, а иные просто сносятся, как например, заборы вокруг каких-нибудь строек. Да и вообще в наши дни, по моему мнению, количество граффити заметно поубавилось, ибо это искусство в значительной степени коммерциализировалось.

Флоп на скамейке
В заключение привожу пару снимков граффити, которые я сделал в Бруклине в 2007 году, как память о прошедшем времени.

Оставить комментарий

O.o teeth mrgreen neutral -) roll twisted evil crycry cry oops razz mad lol cool -? shock eek sad smile grin

Инукшук и гризли

Среда, Сентябрь 25, 2019

В последний день нашего плавания вдоль берегов Аляски мы проснулись очень рано и увидели, что наш лайнер стоит в порту города Seward. В каюте очень сильно пахло горелым. Открытого огня видно не было, и я подумал, что у нас где-то тлеет электропроводка. Заглянул туда-сюда, но ничего не обнаружил. Решил открыть дверь на балкон, но на улице воняло ещё сильнее, чем у нас в каюте. В коридоре тоже держался устойчивый запах гари. Не оставалось ничего другого, как предположить, что где-то неподалёку от города горит лес. Чуть позже моя догадка полностью подтвердилась.

В восемь утра мы покинули наш пароход, как называет одиннадцатипалубный Celebrity Millennium моя, сидящая у меня за спиной, соседка по автобусу. Наши чемоданы ждали нас в огромном ангаре на берегу, откуда мы подкатили их к ожидающему нас на причале автобусу. Быстро погрузились и отправились в долгий путь протяженностью более трёхсот миль в Национальный парк Денали.

По пути сделали несколько остановок, чтобы чуть отдохнуть и размяться. Вскоре после того, как мы миновали Анкоридж, вдоль дороги появился горелый лес, где в первую очередь выгорели хвойные деревья. Попадались пожарные машины, сваленные как попало спиленные обгоревшие деревья. Потом проехали мимо склада сгоревших легковушек. Сильно пахло гарью, временами трудно было дышать.

Горелый лес
Пока наш автобус катил по этим печальным местам, я смог в полной мере осознать, что такое жить в каком-нибудь небольшом поселке, вокруг которого горит лес. Когда по телевидению сообщают о пожарах, бушующих где-то в Сибири или в Амазонии, то это кажется чистой абстракцией, существующей где-то за горизонтом на краю света. Но когда сам оказываешься в центре этого бедствия, понимаешь, как тяжело там выживать людям.

Следующую остановку мы сделали в поселке Эклутна у старой русской православной церкви, при который находится небольшое кладбище. Русские миссионеры появились в этих краях в 1840-х годах и многих местных индейцев-атабасков обратили в православие. В результате там была построена церковь Св.Николая, при которой со временем возникло кладбище. Сейчас рядом со старой возведена новая церковь, а старая занесена в разряд исторических памятников.

Старая православная церковь в Эклутне
Рядом с Эклутной проходит железная дорога Сьюард - Анкоридж - Фэрбенкс. Её строительство началось в 1903 году и было закончено через 20 лет, когда президент США Уоррен Гардинг забил последний “золотой” костыль. Магистральная протяженность дороги к этому времени составляла 760 километров. Однако в 1964 году дорога во многих местах была сильно повреждена мощным землетрясением. На её восстановление ушло несколько месяцев. Вероятно, именно в это время среди работяг, восстанавливавших дорогу, оказался еврей Гилберт Розенберг. Удивительным для меня оказался тот факт, что он не сидел в конторе, подсчитывая доходы и расходы, не корпел над бухгалтерскими книгами, не выписывал наряды рабочим на стройке, а махал кувалдой, забивая костыли в шпалы.

Уголок кладбища при церкви Св.Николая
Эклутна - единственный сохранившийся из восьми существоваших здесь еще до строительства дороги поселений коренных жителей этих мест индейцев-атабасков.

Так вот наш Гилберт нашел себе невесту в этом посёлке и женился на крещеной атабаске. В браке у них родилось четверо детей. После смерти его похоронили на кладбище при православной церкви, рядом с могилой его жены Марии Ондолы, которая погибла за девять лет до смерти мужа во время пожара, когда сгорел их дом. На могильной плите Гилберта выбит могендовид и лежат камешки, а к деревянной ограде, окружающей могилу, прикреплена та самая кувалда, которой он орудовал на строительстве дороги.

Каменная плита на могиле Гилберта Розенберга
Само кладбище выглядит совершенно необычно из-за установленных на нём чрезвычайно оригинальных памятников, что связано со своеобразным обрядом похорон. На свежую могилу вместо цветов крещеные атабаски укладывают одеяло. На сороковой день одеяло скатывается в рулон и оставляется около могилы, а над ней строится из дощечек деревянный, «домик», в виде простого невысокого прямоугольника, перекрытого двухскатной крышей. Атабаски считают, что к этому времени в нём должна поселиться душа умершего.

Рядом ставится деревянный крест, а сам домик ярко раскрашивается белой, красной и синей красками в различных сочетаниях, указывающих на принадлежность умершеного к тому или иному клану или семейству. Таким образом, здесь вполне мирно уживаются языческие и христианские традиции. И даже для иудея нашлось место.

К сожалению, многие могилы на кладбище находятся в запущенном состоянии. Однако этого нельзя сказать о памятнике над могилой Марии Ондолы, над которой возведен настоящий, красивый домик в миниатюре, поддерживаемый в идеальном состоянии.

Следующий день мы провели в поездке по Национальному парку Денали. Причем передвигались мы на спецавтобусе, которому разрешено ездить по территории парка. Водитель, он же гид, пообещал показать нам диких обитателей здешних мест, в том числе и медведей-гризли, чему я не очень-то поверил.

Дорога между тем вилась вдоль обрамленной снежными вершинами межгорной долины, по которой широко разлилась многочисленными протоками мелководная речка. Вскоре начали сбываться обещания нашего гида.

В парке Денали
Первыми дикими зверями, которых мы увидели, были олени карибу, щипавшие травку достаточно далеко от автобуса. Потом на глаза нам попался спящий медведь гризли, который был почти белого цвета с желтыми подпалинами. А затем нам здорово повезло. Мы увидели гризли, разгуливающего у самой дороги. Он был очень озабочен поисками пропитания, рыл землю лапами, вероятно раскапывая нору какого-то несчастного суслика. При этом мишка буквально не замечал нас в упор, хотя автобус стоял на месте с работающим двигателем, и туристы сгрудились у открытых окон со своими телефонами и фотоаппаратами. Это было просто оскорбительно. И я в который уже раз подумал, что действительно попал в край непуганых медведей. Позже мы ещё раз видели другого гризли и тоже очень близко.

Медведь гризли
По пути к конечной точке нашего маршрута мы останавливались несколько раз в разных красивых местах, чтобы запечатлеть на камеру красоты местной природы.
В одном из таких мест на лавке были выложены рога карибу и лося, и каждый мог взять на выбор любые рога и с ними сфотографироваться. Я подержал в руках и те, и другие. Они оказались очень тяжелыми, особенно лосиные. И такую тяжесть самцы должны таскать на своих, вероятно, очень крепких, но пустых головах!

 Автор с рогом лося
На обратном пути видели множество зайцев, которые почему-то решили устроить посиделки прямо на проезжей части дороги, с которой они выскакивали на обочину почти из-под колёс автобуса. И как бонус в самом конце пути, который занял целый день, мимо нас продефилировала прогулочным шагом лосиха с лосёнком.

Приехали в гостиницу уже в конце дня. На обратном пути сочинил лимерик:

Любопытный ботаник замыслил
Наблюдать на Аляске за гризли.
День и ночь он их наблюдал
И так тех медведей достал,
Что беднягу там гризли загризли.

Здесь настоящий рай для грибника, а также для любителя брусники. Она как раз созрела, растёт чуть не под каждым кустом на свободном пространстве и при желании её можно насобирать ведрами.
Я вспомнил своё сибирское детство и съел горстку сладких с горчинкой ягодок.

На следующий день мы рано утром выехали в Анкоридж из находящейся в Денали гостиницы Grizzly Bear. Дорога предстояла длинная - примерно 260 миль. Где-то в первой половине пути наш автобус был остановлен работниками дорожной службы. Дальнейшее продвижение было запрещено из-за продолжающихся лесных пожаров. Лишь несколько полицейских машин проехали мимо нас.

Перед нами стоял только ещё один туристический автобус и легковая машина. Мы были третьими. А за нами выстроилась длиннющая цепь машин, конца которой не было видно.
После часового стояния пришло разрешение двигаться дальше. Вскоре в воздухе опять, как в прошлый раз, сильно запахло гарью. И вновь вдоль дороги потянулся горелый лес. Печальное и унылое зрелище.

В Анкоридже первым делом мы были доставлены на городской рынок, где смогли поесть.

С рынка подъехали к тому месту, откуда начинался Анкоридж. И связано оно было со строительством железной дороги Сьюард-Фэрбенкс. Дорогу дотянули до Ship Creek и теперь требовалось перекинуть через него мост. В 1916 году в этом достаточно пустынном месте строители возвели для себя небольшой поселок, где жили во время сооружения моста, который держался на деревянных опорах, а проще говоря на сваях. Хотя срок службы таких мостов не превышал полувека, на Аляске, где не было недостатка в строевом лесе, их возведение было оправдано экономически. С течением времени штаб-квартира железнодорожной строительной компании переехала в этот поселок, который стал ядром, послужившим основой для рождения ныне самого крупного города Аляски Анкордижа.

Мост через Ship Creek
Мост за годы своего существования несколько раз реконструировался, пока в середине 90-х не был преобразован в пешеходный. Сейчас он внесен в регистр Национальных исторических памятников и является туристическим объектом и излюбленным местом для анкориджских рыболовов.

По соседству с мостом стоит там на высоких столбах своеобразный маленький домишко, напомнивший мне почему-то избушку на курьих ножках из русских народных сказок. Однако, оказалось, что это сооружение имеет не сказочное, а сугубо прикладное значение. Как объяснила нам наша гид, первопроходцы строили такие “избушки” для того, чтобы хранить в них запасы провизии, до которых не могли бы добраться медведи.

Избушка на столбах для хранения провизии
От исторического моста мы проехали в небольшой Резолюшн-парк на берегу залива Кука к памятнику знаменитому английскому мореплавателю Джеймсу Куку.

Потом были в Alaska Wild Berry Products, где продавались кондитерские изделия и варенье из местных ягод, а также разные сувениры. Достопримечательностью магазина был шоколадный фонтан. Я купил там маленькую баночку джема из брусники.

И пока все толклись у витрин и прилавков, выбирая сладости и сувениры, я вышел из магазина, завернул за его угол и обнаружил там Awaken Church, около которой стоял большой, под шесть метров высотой, абстрактный каменный человек, представляющий собой увеличенную копию каменных, называемых инукшуками, сооружений местных индейцев инуитов.

Из прикрепленной рядом таблички я узнал, что инуиты Северной Канады, Гренландии и Аляски из поколения в поколение строили из необработанных камней подобные дорожные знаки. Они были жизненно важными вехами, особенно в зимнее время на однообразной заснеженной местности, указывая направление до ближайшего стойбища или склада провианта. Инукшук, обычно напоминающий силуэт человека, мог быть также сооружен для обозначения почитаемого места или охотничьей территории.

 Инукшук
Засняв сложенную из огромных камней скульптуру, которую без строительной техники невозможно было бы солорудить, я перешёл через небольшую площадь, на краю которой стоял магазин, к большому заброшенному зданию, где когда-то располагался салун, о чем свидетельствовала сохранившаяся надпись на его боковой стене. За салуном протекала симпатичная маленькая речка.

Вероятно, в Анкоридже можно было увидеть еще что-то интересное, но пришло время ехать в аэропорт, чтобы разлететься по своим домам, расположенным на обоих океанских побережьях США.

Оставить комментарий

O.o teeth mrgreen neutral -) roll twisted evil crycry cry oops razz mad lol cool -? shock eek sad smile grin

В подражание Эдварду Лиру. Стихи Бориса Рубина, рисунки Виктора Козлова

Пятница, Сентябрь 20, 2019


Говорят, что в манхэттенском Челси,
Появились поддатые черти,
А в кафешках кайфуют туристы
С чудесной планеты Каллисто.
Приезжайте поужинать в Челси!


Швырнув бутыль от бражки в реку,
Пришел Колян на дискотеку,
И там он, рухнув на колени
Не смолг сказать любимой Лене
Ни бе, ни ме, ни кукареку.


Говорят, что давно уж в Бей Ридже
Ясновидящий трудится рыжий.
Доберется он до нутра
Того, что случилось вчера.
Телефон его дать вам в Бей Ридже?


“От киношников это гостинец”, -
Про пожары сказал мне тувинец, -
У них, вишь, со съёмок картины
Огнедышащий сбёг Змей Горыныч”.
Так засадим змеюку в зверинец!


Заболел на курорте в Майами
Олигарх из страны Мураками.
И пришло бедолаге на ум
Обратиться в Emergency Room.
В долговой он сидит теперь яме.


Любопытный ботаник замыслил
Наблюдать на Аляске за гризли.
День и ночь он их наблюдал
И так тех медведей достал,
Что беднягу там гризли загризли.

Оставить комментарий

O.o teeth mrgreen neutral -) roll twisted evil crycry cry oops razz mad lol cool -? shock eek sad smile grin

Ворота Клондайка и ледник Хаббарда

Вторник, Сентябрь 17, 2019

Ранним утром наш корабль пришвартовался в порту города Skagway, который называют “воротами Клондайка”. Мы вышли на берег, где нас должен был ждать автобус для поездки в горы к перевалу Уайт на границе с Канадой.

На улице было относительно тепло, по небу плыли облака, но частенько выглядывало солнце. С расположенного по соседству лётного поля периодически взлетали небольшие вертолеты с туристами на борту и скрывались в сторону моря и также регулярно через равные промежутки времени возвращались обратно.

А нашего автобуса всё не было. Через час бесплодного ожидания наша гид усадила всю группу в shuttle, курсировавший между портом и центром города, и доставила нас туда через десять минут езды. Поездка в горы была отложена на более позднее время, и мы отправились на пешую прогулку для знакомства с городом, который фактически состоит из одной улицы под названием Broadway. Поперечные улицы очень коротки и простираются примерно на пяток домов по обе стороны от Бродвея.

 Скэгвэйский Бродвей
Из этого городка в конце позапрошлого века во времена золотой лихорадки отправлялись на поиски удачи смельчаки и авантюристы к месту слияния Юкона и речки Клондайк. В их числе был и никому тогда неизвестный Джек Лондон.

Городок мне понравился, В нем чувствуется дух старины. Причем совершенно очевидно, что это не случайно, а является результатом целенаправленных усилий по сохранению и реставрации прежнего облика поселения. И это позволяет его жителям зарабатывать себе на жизнь, благодаря туризму, ибо ничего другого там нет.

Очень необычно выглядит здание, где ныне размещается Visitor Center. Его чрезвычайное своеобразие объясняется видом фасада, который, как мы привыкли видеть, украшается колоннами, лепниной, виньетками, витражами или же какими-либо декоративными орнаментами. Здесь же строителям было не до архитекурных излишеств, но они нашли весьма ороигинальный способ выделить своё творение из общего ряда, использовав для этого дешевый подручный материал - плавник. Из прибрежных вод было выловлено около девяти тысяч коряг и веток, а затем оббит ими весь фасад, что придало зданию некий сказочный вид. Мне, например, при первом взгляде на него показалось, что где-то рядом должна находиться избушка на курьих ножках с Бабой-Ягой в ступе. Это оригинальное произведение архитектуры было построено в 1899 году для организации Arctic Brotherhood, созданной в том же году. Здесь стали встречаться золотоискатели, чтобы посмотреть друга на друга и пообщаться. На его фасаде четко видны инициалы организации - АВ, а под его крышей размещены символы Братства - сковородка и золотые самородки.

Arctic Brotherhood
По соседству с этим зданием находится ресторан Red Onion Saloon, сохранивший свое название с тех времен Золотой лихорадки, когда вместо ресторана здесь размещался лучший в городе бордель.
Нужно призать, что фактически вся главная улица Скэгвея - Broadway, сохранила определенный аромат тех времен, и сама по себе, по-моему, является архитектурным памятником.

На этой же улице, чуть в глубине от ее фасадной линии находится интересный памятник неудачливому золотоискателю. Он печально сидит на санях и смотрит на виновато поджавшего хвост своего пса. Больше этому измученному и потерявшему всякую надежду человеку некому пожаловаться на свою судьбу, ибо таких бедолаг, как он, было в этих местах подавлящее большинство.

 Неудачливый золотоискатель
Во времена золотой лихорадки, а именно в 1897 году отсюда было начато строительство узкоколейной железной дороги, которая в 1900 году была дотянута до городка Whitehorse - столицы Канадской территории Юкон. Её протяженность составила 107 миль. Дорога была проложена для более легкого доступа к золотносным полям в месте впадения реки Клондайк в Юкон и не была связана ни с какими другими железными дорогами. Она относительно активно функционировала до 1982 года, продолжает работать и по сей день, но только в летнее время и для туристов.
Около бывшего вокзала стоят там старый паровоз и большущая железнодорожная снегоочистительная машина.

Во время прогулки по Бродвею мы заглядывали в магазины и обнаружили, что здесь, в краю лососей и медведей, 50-граммовая баночка красной икры стоит 20 долларов. У нас в Нью-Йорке такую же икру можно купить дешевле. Мне этот факт представляется абсурдным.

К концу прогулки нашелся пропавший автобус, и мы отправились в горы. На пятой минуте езды водитель автобуса и он же гид сообщил нам, что мы покинули Скэгвэй и попали в пригородную зону - suburb. Но она закончилась ещё быстрее. Местный юмор.

Неплохая двухполосная дорога поднималась в горы, на северных склонах которых лежал снег.

Вдоль дороги стояли высокие, похожие на фонарные, металлические столбики с загнутыми, покрашенными в красный цвет, верхушками. Наш гид пояснил нам, что это измерители высоты снежного покрова. Трасса, по которой мы ехали, работает круглый год, но зимой выпадает столько снега, что остаются видимыми только эти верхушки или поперечины, и когда водитель видит на дороге лишь только их, это сигнализирует ему о том, что дорога опасна, и он может улететь с неё в пропасть. Высота этих столбиков впечатляет.

Дорога с измерителями снежного покрова
Горная дорога была очень красива, за каждым поворотом открывался новый пейзаж, который хотелось сфотографировать: снежные вершины, склоны, покрытые лесом, небольшие водопады, речки, ручьи и озера. На границе с Канадой наш автобус остановился, и мы вышли прогуляться. Из пограничных сооружений там был только большой щит с надписью: Welcome to Alaska and Gateway to the Klondike.

Щит на границе с Канадой
Пограничников не было видно даже на горизонте, так что мы переходили границу туда-сюда множество раз. Причем среди нас оказались и невозвращенцы. Так окрестили тех туристов, которые слишком увлеклись созерцанием местных красот и не успели во-время вернуться в автобус. Однако, вскоре и они расселись по своим местам, и мы отправились в обратный путь. И тут выяснилось, что пограничная будка все же есть, но остановка около неё нашего автобуса была чистой формальностью. Нам удалось вполне благополучно вернуться из Канады в США.

К концу дня наш корабль покинул порт Скэгвея и взяд курс на Сьюард, проплывая мимо длинной цепочки небольших островов, которые тянутся вдоль побережья “ручки сковородки”, как называют самую южную, узкую часть аляскинских владений Соединенных Штатов. Солнце клонилось к закату, освещая склоны далеких гор, воды пролива и заросшие лесом, овальной формы островки. Я смотрел на всё это с восхищением и мне думалось, что в эпоху сотворения мира художник-демиург взмахнул в этом месте кистью смоченной краской, и капли ее, упав в воду, застыли навсегда, создав картину невероятной красоты.

А в это время мимо проплыл крошечный островок с белокаменным двухэтажным домом, над которым возвышался маяк, как символ уединения и отрешенности от бренного нашего мира.

 Островок с маяком
Ранним утром следующего дня наш лайнер зашёл в Squaw Creek, в конце которого находится ледник Хаббарда (Hubbard Glacier), сползающий в океан. Сначала нам по курсу стали попадаться небольшие айсберги. Лёд, из которого они состояли, был по большей части молочно-белого цвета, но иногда выплывали стеклянно прозрачные куски с зеленоватым отливом. Попадались и обломки почти чёрного льда. По мере приближения к леднику на воде появилась шуга, которая вскоре стала образовывать обширные ледяные поля, состоящие из мелких осколков льда. Наконец мы подплыли достаточно близко к леднику. Его поверхность походила на кожуру дуриана, утыканную пирамидальными шипами грязно-белого цвета. Лёд отвесной стеной уходил в воду. Хорошо было различимо его слоистое строение, особенно при разглядывании в бинокль. Некоторые вертикальные участки стены глянцевито блестели на солнце, а другие выглядели матовыми. Горизонтальные слои различались по цвету от белых до темно-серых, причём самые тёмные из них находились у основания ледника. Вероятно, «красками» служили пыль от извержения вулканов или сажа от лесных пожаров, приносимых ветрами. Чем чище был воздух над ледником, тем светлее были его слои. А на тёмных слоях записана история вулканических извержений и лесных пожаров на Аляске.
От края этого ледника периодически откалываются айсберги высотой с десятиэтажный дом. При нас четыре раза от ледяной стены отрывались не столь огромные, но все же большие глыбы. Сначала над одним из её участков возникало облачко ледяной пыли, затем в воду обрушивался новорождённый айсберг и сразу после этого до нас доносился звук, похожий на пушечный выстрел. Вслед за этим со стены ещё некоторое время с шуршанием сыпалась ледяная крошка.

Слоистый ледник Хаббарда
Народ сгрудился на верхней 11-й палубе, все старались запечатлеть на фотокамеры горы со снежными шапками, ледник, сползающий в воду, утыканнную небольшими айсбергами и покрытую полями шуги. А корабль тем временем завершал медленный разворот у края ледника.

Я смотрел на удивительный пейзаж и вспоминал свои молодые годы, когда жил и работал в городе Фрунзе - столице Киргизкой ССР. Киргизия - горная страна, более трех четвертей её территории занимают горы. По этой причине изучение влияния высокогорья на организм человека было очень актуальной в те времена задачей. Вот и я, будучи молодым врачом, работал над кандидатской диссертацией, посвященной этой проблеме, выезжая в летние месяцы на высокогорный перевал Тюя-Ашу со своими подопытными крысами. Дело в том, что там на высоте 3200 метров над уровнем моря был пробит в горах тоннель длиною в два с лишним километра, через который пролегла дорога, соединившая северные и южные регионы республики. Метростроевцы, работавшие на строительстве тоннеля, построили там несколько больших бараков, в которых и жили. После завершения строительства они уехали, а бараки приспособили под научные лаборатиории, где в летние месяцы было полно молодых специалистов, занимавшихся вопросами выскокогорья. Я в общей сложности прожил там три с половиной месяца, и чтобы добраться от моего барака до вечных снегов нужно было подняться в гору на 400 метров, что в те времена было для меня пустяковой задачей. Я много раз бродил у края подтаивающих снегов со своими друзьями-коллегами, собирая с сырой земли эдельвейсы, которых там было полно.

Так что горные вершины, покрытые снежными шапками, я видел несчётное число раз, а настоящего ледника, да ещё обрушивающего глыбы льда в воду, не видел никогда. И вот насмотрелся на это чудо на Аляске. Кто бы мог подумать.

Кстати, наш лайнер нес на себе небольшой двухпалубный кораблик, о чем я и не подозревал. На нем за 300 долларов можно было прокатиться почти к самому подножию ледника, чем и воспользовались некоторые туристы. На моем снимке этот кораблик хорошо виден и позволяет приблизительно оценить высоту надводной части ледяной стены, сползающей с гор.

Двухпалубный кораблик на фоне ледника
А наш лайнер тем временем вышел в открытый океан. Нам предстояло плыть весь остаток дня и всю ночь до Сьюарда, где начиналась сухопутная часть нашего тура.

Оставить комментарий

O.o teeth mrgreen neutral -) roll twisted evil crycry cry oops razz mad lol cool -? shock eek sad smile grin

В краю непуганых медведей

Четверг, Сентябрь 12, 2019

Утром 19 августа наш корабль причалил к заросшему густым лесом острову Чичагова в Icy Strait Point (мыс Ледяного Пролива), причём этот причал принадлежит только компании Celebrity, и корабли других компаний здесь не швартуются.

На Аляске по сей день сохранилось много названий русского происхождения. Остров Чичагова носит имя русского адмирала екатерининской эпохи.

Выйдя на берег, мы почти сразу попали в музей, где показана работа крупного рыбоконсервного завода, который выпускал огромное количество продукции из лососевых рыб.
Интересным мне показалось то, что на плакатах с изображением различных видов лососевых рыб были даны их названия по-английски, на языке местных индейцев-тинглитов и по-русски. И хотя последние были написаны латиницей, к ним в скобках была напечатана транскрипция.

Музей рыбоконсервного завода
Все эти названия: чавыча, кета, кижуч, горбуша, нерка были известны мне с детства, потому что часто звучали дома. Мой прадед имел рыбную лавку в Красноярске. Он закупал соленую рыбу бочками, и когда поступала новая партия, прабабушка говорила своему сыну: “Хона, пойди отбей головку”. И это означало, что Хона должен был отобрать самую лучшую рыбу для домашнего потребления. О прадеде часто вспоминали, рассказывая о том, что у него в доме за обедом ели ложками красную икру с вареной картошкой. Я слушал и глотал слюни.

Но я что-то размечтался. После посещения музея нам было дано около часа свободного времени, я спустился на берег Ледяного пролива и сделал там много фотографий. Особенно интересно смотрелись причалы на высоченных сваях, густо обросших раковинами усоногих рачков баланусов, а также выложенные на берегу аккуртаными рядами ярко-красные и желтые каяки, похожие на каких-то загадочных морских обитателей, извлеченных из невероятных океанских глубин.

Причал на берегу Ледяного пролива

Красные каяки
К назначенному времени все собрались у Adventure Center, туда подъехал поезд из двух открытых вагончиков, влекомых автомобилем. И мы поехали в главный населенный пункт острова Hoonah, в котором по словам нашего гида, относительно недавно осевшего в этом посёлке, насчитывается 760 жителей. Врача у них нет, но раз в месяц прилетает из Джуно терапевт.

В пути нас сопровождала также монголоидной внешности женщина по имени Harriet из местного племени тлинкит. Она оказалась общительной и говорливой, сказала, что у неё девять детей, но мужа она выгнала, потому что он её бьет. Нужно признать, что она довольно долго собиралась это сделать. Большинство её детей уехали из родного посёлка и живут отдельно от неё. Гарриет охотно показывала серебряные и золотые браслеты и кольца у себя на руках. Браслеты имели форму стилизованных китов с нанесенными на них насечками. Один такой браслет достался ей от бабушки, а другой ей подарили после окончания high-school. Бабушкин браслет она намерена передать своей старшей дочери.

Гарриет демонстрирует нам свои украшения
Смотреть в посёлке было нечего, что и неудивительно в этом совершенно глухом месте. Правда, нас подвели к местной школе, около которой стояли два высоких, ярко раскрашенных тотема. В нынешнем году местную high-school окончили пять детей.

По ходу дела гид - молодой крупный парень, типичный белый американец, который где только не жил, пока не попал на этот остров, сообщил нам, что тут есть ещё пара поселений, где живут примерно 40 и 70 семей соответственно. А всего на острове проживает около тысячи трёхсот человек и почти шесть тысяч медведей. Получается, что на каждую душу здесь приходится в среднем по четыре с половиной косолапых Михал Потапычей. Мне показалось, что это как-то too many, хотя в поселке нам попадались на глаза только тлинкиты и другие американцы. Хотел было написать “и другие местные жители”, но потом подумал, что медведи тоже являются местными жителями.

 В поселке Хуна на острове Чичагова
В конце поездки по острову нам вручили приглашения на шоу местных танцев. Оказалось, что это детская самодеятельность. Артисты в масках поведали нам историю из местного фольклора про девушку и Ворона. А в конце поставили у выхода коробку с просьбой пожертвований. Мы внесли туда свою лепту.

На следующее утро мы проснулись в столице Аляски городе Джуно, который был назван в честь канадского исследователя и золотоискателя французского происхождения Джозефа Джуно. По этой причине название столицы Аляски пишется несколько заковыристо - Juneau.

Выйдя на причал, мы погрузились в автобус и поехали смотреть на Mendenhall Glacier, носящий имя метеоролога Томаса Менденхолла. Этот ледник длиной около 22-х километров, заполнивший собой горную долину, постепенно тает и отступает, в результате чего образовалось одноименное озаро, в которое он и обрывается.

Ледник Менденхолла
Природа вокруг ледника была красивой, день был хороший, мы неспеша прошлись по трейлу, с которого хорошо были видны ледник и бурлящий по-соседству небольшой водопад. Когда мы закончили свой маршрут, ко мне подошла наша гид и сказала, что чуть в стороне от основной дороги на дереве сидят два медвежонка. Я бросился туда.

В том месте протекал небольшой ручей, над которым был переброшен деревянный мостик. На мостике громоздилась толпа туристов с телефононами и фотокамерами, а за мостиком на расстоянии чуть больше вытянутой руки стояло дерево, на которое взобрались два черных с коричневыми носами медвежонка-барибала и с аппетитом ели листья. При этом они не обращали ни малейшего внимания на суетящихся на мостике людей. Как было сказано в одном известном фильме: “Ноль внимания, два презрения”. Поистине край непуганых медведей. Мамаши проголодавшихся “листоедов” нигде не было видно. Вероятно, где-то прикорнула неподалеку. Я сделал много снимков, так как медвежата не желали позировать и всё время жевали и двигались. И всё же из кучи фото удалось выбрать парочку более или менее удачных. Кстати сказать, черные барибалы - это самые обычные и наиболее распространенные медведи Аляски.

Медвежонок-барибал
Вдоволь насмотревшись на ледник, а я и на медвежат, мы вернулись на корабль, чуть отдохнули и снова вышли на причал, откуда пешком отправились в музей истории Аляски. Там представлено много артефактов, характеризующих жизнь коренных народов севера: плетеные корзины, орудия рыбной ловли и охоты, предметы одежды, каноэ из березовой коры и из кожи тюленя, ритуальные маски, а также художественные изделия. Мне особенно понравились резные фигурки-билликены (billiken) из бивней мамонта и моржовой кости. Выглядят они симпатично, однако надо признать, что им далеко до японских нэцке.

 Резные фигурки-билликены
Был там и раздел посвященный событиям Второй мировой войны, когда Аляска сыграла стратегическую роль в процессе поставок по ленд-лизу из США в СССР военного снаряжения, и в первую очередь самолетов.

Тур проводила американская начальница музея - очень высокая и сухая дама, явно влюбленная в свое дело. На помощь ей была призвана русскоговорящая помощница по имени Татьяна. Я перекинулся с ней парой слов. Она родом из Мордовии, выиграла гринкарту и в 2000 году приехала с семьей сразу на Аляску, да так там и осталась. Сейчас на пенсии. Воистину, пути Господни неисповедимы.

После завершения тура по музею, Татьяна вызвалась показать нам кратчайшую дорогу от него до Капитолия. По пути она завела нас в какое-то, расположенное на холме, административное здание с очень хорошей смотровой площадкой, откуда открывался отличный вид на стольный город Аляски, в котором, кстати, проживает 33 тысячи человек.

Там я увидел читавшего книгу весьма колоритного, высокого молодого человека в чёрной ковбойской шляпе с шикарной, ниже середины груди, чёрной, как смоль, бородой. Я было принял его за религиозного еврея, чему немало удивился, но быстро понял, что ошибся. Обратился к нему с каким-то ерундовским вопросом, а потом попросил разрешения его сфотографировать, и он согласился. Звать его Тейлор. Сделал пару снимков. Жаль, что не спросил его откуда он родом, так как сильно торопился, боясь не успеть за группой. Очень интересный типаж.

Тейлор
Мы были уже близко от Капитолия, и я немного отстал, потому что в небольшом скверике через дорогу от него я увидел скульптуру какого-то человека и решил выяснить кому она поставлена. Оказалось, что это памятник Уильяму Сьюарду, открытие которого было приурочено к 150-летию со дня покупки Аляски. К сожалению, я смог его сфотографировать только в профиль, так как иначе пришлось бы делать снимки против солнца.

Памятник Уильяму Сьюарду
Ко времени покупки Аляски государственный секретарь США в правительстве президента Авраама Линкольна Уильям Сьюард дважды оказывался в шаге смерти. И оба эти случая оставили тяжелые отпечатки на его лице. Первый раз он сломал челюсть, когда был выброшен из кареты на каменную мостовую во время дорожного инцидента. Через короткое время, в ту самую ночь, когда был убит президент Линкольн, он был несколько раз ударен ножом в лицо.

Скульпторы - брат и сестра Дэвид и Юдит Рубин, которые были приглашены для создания этого памятника, не стали приукрашивать лицо государственного секретаря, обезображенное рубцами после этих происшествий. Он изображен таким, каким выглядел в момент подписания в 1867 году договора с Россией о покупке Соединенными Штатами Аляски.

По-моему, памятник этот очень хорош, и мне, конечно, было приятно узнать, что его создателями оказались мои однофамильцы. К слову, скульптурная композиция, составленная из семи исторических фигур, о которой я писал в предыдушей статье, рассказывая про Кетчикан, тоже создана этими мастерами.

Сфотографировав памятник Уильяму Сьюарду, я бросился догонять группу, но по дороге успел еще заснять шедших строем по двое маленьких, явно детсадовских, 4-6-летних ребятишек, которых вывели на прогулку. Бросилась в глаза разница в том, как были одеты дети и их воспитатели (воспитательница не попала в кадр). Воспитатель отправился гулять в теплой куртке, а дети были одеты совершенно не по сезону, по-летнему, хотя день был достаточно прохладным. Увидев, что я фотографирую ребятишек, воспитательница крикнула мне, что детей снимать нельзя, и я ушел, успев всё же пару раз нажать на спуск фотоаппарата.

Дети на прогулке
А Татьяна тем временем завела нашу группу в небольшой зал, где заседают сенаторы Аляски. Был рабочий день, однако, две сотрудницы, которых мы там встретили были очень приветливы и даже радушны, поскольку вторая вынесла из своего офиса целую миску конфет, и все их нам раздала.

Выйдя из Капитолия, мы распрощались с Татьяной и отправились на прогулку по городу, который уютно примостился на морском берегу у подножия гор. Джуно - симпатичный, довольно зеленый городок, с многочисленными сувенирными магазинами в центре и оживленными, благодаря туристам, улицами, украшенными кое-где тотемами.

Улица в Джуно

Перекресток в центре города
И в заключение, хоть это и совсем не по теме, хочу сказать о том, что вечер того чудесного дня мы провели на корабле в отличном итальянском ресторане Tuscan Grille, где отметили 42-ю годовщину со дня нашей свадьбы.

Оставить комментарий

O.o teeth mrgreen neutral -) roll twisted evil crycry cry oops razz mad lol cool -? shock eek sad smile grin